Меморандум о естествознании

Вращения

В электромагнитных проявлениях образов планет небесной сферы наблюдаются циклы сложений гармонических колебаний: суточных с неизменными образами созвездий и собственных относительно небесного экватора. Схема сложений издавна известна: центр эксцентричного радиуса размещен на траектории эпициклического деферента, местный центр вращения смещен от центра деферента на радиус эпицикла, эксцентриситет. Сложные траектории у граблин эксцентриковых мотовил, меток ободов катящихся колес: колебания их смещаются от центра вращений то с опережающим вращение скольжением, то будто с отстающим буксованием, образующим траекторные петли.

Первую, в современном научном понимании, теорию с изложением способа и устройств прогнозирования изменений угловых координат образов планет на небесной сфере Клавдий Птолемей представил в работе "Великое математическое построение астрономии в XIII книгах", "Альмагест".

Армиллярные сферы (лат. armilla кольцо) для определения экваториальных и эклиптических координат светил, астролябии (греч. ἁστρολάβον, астролабон, "берущий звезды"), показывающие широту и долготу, применяли в астрономии и морской навигации многими веками. А в сложениях колебаний образов светил Птолемей нашел отношения колец эпициклов, деферентов, эквантов натуральных моделей колебаний каждого образа планеты.

В пропаганде теперь утверждают: "Альмагест" Птолемея — теория мироздания с вращениями "массы" Солнца, других планет на несусветных расстояниях вокруг Земного шара. Но в расчетах изменений угловых координат образов планет нет допущений про "расстояния в пустоте пространства и бездеятельные вращения масс".

О нелепости допущения о вращении Земного шара

Существуют люди, которые утверждают, что Земной шар совершает за сутки полный оборот вокруг оси мира от запада к востоку; для упрощения рассуждений о проявлениях света и тьмы в природной среде они принимают в расчет только видимые вращения образов светил небесной сферы. Но они не осознают всей абсурдности такого допущения в отношении того, что творится вокруг нас и в воздухе.

Если допустить — чего в действительности нет, — будто легкие тела вовсе не движутся или движутся так же, как и тела тяжелые, между тем как, очевидно, воздушные тела движутся с большей скоростью, чем тела земные; если согласиться, что тела тяжелые имеют собственные движения, быстрые и постоянные, тогда как на самом деле их с трудом перемещают рычагами и толчками.

Но все же и эти люди должны осознать: при осевых вращениях Земного шара скорость его поверхности была бы значительно больше скорости перемещений, которые происходят на ней. На экваторе окружной длины ≈40 075 км в обороте за 24 часа она была бы ≈464 м/с, превышая в ≈1,4 раза скорость звука ≈343 м/с в Земной атмосфере. Проявления мощности двигательных и тепловых моментов сметали бы все с поверхности Земли, словно грязь с быстро вращающегося колеса. И никакое облако, ничто летящее и брошенное не направлялось бы к востоку: в быстром своем вращении поверхность Земного шара опережала бы все перемещения в этом направлении.

Столь же нелепо допускают, что и воздух способен совершать с Земным шаром вращение с той же скоростью: но тогда находящиеся в воздухе тела отставали бы от их быстрого вращения. А если бы и тела вращались с воздухом и с Земным шаром как одно целое, ни одно из них не опережало бы другое, оставаясь на месте, и в полете не отклонялось бы в стороны: у тел вообще бы не было относительных перемещений (Птолемей: Альмагест)

О новом учении тройственных вращений Земного шара

Николая Коперника друзья убеждали: страх не должен удерживать от издания книги на пользу математиков. Чем нелепее кажется мое учение о вращениях Земного шара, тем сильнее окажется удивление, благодарность, когда все увидят, как нелепости устраняются яснейшими обстоятельствами. Мы изложим вращения, которые объясняют небесные явления. Первое соответствует дню и ночи от вращений Земного шара вокруг оси мира в направлении от запада на восток, отчего мир как бы движется в обратном направлении по экваториальному кругу, некоторые называют его равноденственным.

Второе — годовое вращение центра, который описывает вокруг Солнца зодиакальный круг с запада на восток в направлении последовательности знаков между Венерой и Марсом, которые прилегают к нему. Это заставляет Солнце казаться нам проходящим зодиак подобным же вращением так, что если центр Земли проходит через Козерог, Солнце кажется проходящим через Рак, из Водолея оно кажется находящимся во Льве, и так далее.

В кругу, расположенном по средней линии знаков зодиака, равноденственный круг и ось Земного шара периодически меняют наклонение. Если бы наклонения были неизменны и следовали вращению центра, то не было бы неравенства дней и ночей, всегда было бы солнцестояние, кратчайший день или равноденствие, или лето, или зима, то есть одно и то же время года.

Третье — деклинационное движение с годовым обращением против последовательности знаков, противоположно вращению центра. Оба эти равные противоположные вращения вместе делают то, что ось Земли и экваториальный круг смотрят приблизительно в одну и ту же часть мира, как будто оставаясь неподвижными. Солнце представляется движущимся по зодиакальному кругу совершенно так же, как если бы Земля была центром мира, если только вспомнить, что расстояние между Солнцем и Землей на сфере неподвижных звезд уже ускользает от нашего зрения.


Если я скажу, что между Марсом и Землей вокруг Солнца на эллиптической орбите летает фарфоровый чайник, а в атомах на круговых орбитах со скоростью света вокруг протонов летают электроны, слова мои без необходимых и достаточных доказательств опровергнуть не сможет никто.

Особенно если я предусмотрительно добавлю, что они настолько малы и быстры, что незаметны даже через мощнейшие увеличительные приборы.

Но если я затем скажу, что слова мои никакие доказательства не способны опровергнуть и что разуму человеческому сомневаться в них недопустимо, это с полным на то основанием следовало бы счесть бессмыслицей.

Тем не менее, если бы слова о подобных гипотетических объектах находили бы в древних книгах и, как святую истину, осаждали в умах школьников, одно лишь сомнение в их существовании стало бы явным признаком эксцентричности и привлекло бы к усомнившемуся внимание психиатров в наш просвещенный век или же инквизиторов в более ранние времена (Бертран Рассел)

О пользе переворота допущений о вращениях

В пропаганде твердят: Коперник устранил неточности системы измерений Птолемея. Это не соответствует фактам: проявления небесных эффектов гипотеза "вращений" лучше не отобразила. Срединные пути в отклонениях образов планет по моделям Птолемея прогнозируют удивительно точно. Неизменные гармонические колебания образов остальных светил проблемы от смещений их угловых координат на небесной сфере не представляли.

Но как могли признать гипотезу Коперника, какой мировоззренческий смысл она несла с собой? Ведь Аристарх Самосский гелиоцентрическую систему вымыслил в античности, и Коперник на него ссылался. По Аристотелю, если бы Земля перемещалась, все светила небосвода казались бы движущимися. Относительную неподвижность поверхности Земного шара признавали на протяжении тысячелетий и еще трех веков после смерти Коперника.

Тогда почему в пропаганде утверждают о перевороте представлений именно Коперником, а не Аристархом?

Возможность абсурдных вымыслов и произвольных допущений попала в совершенно новую культурную среду: объективные факты проявлений электромагнитных эффектов на небесной сфере подменили рассуждениями о несусветных расстояниях и моделями бездеятельных движений точек по пустоте вытеснили естествознание. Переворот физико-математических представлений о недопустимости произвола допущений сделан на пользу математиков, с объективными фактами он вовсе не связан (Владимир Купцов: Природа научного открытия)