Меморандум о естествознании

Места

Места природной среды материальны: это ясно из относительных перемещений. Так, после ухода воды из сосуда в нем окажется воздух или что-то другое; но места среды не то, что проявляется и сменяется в них. Перемещения показывают, что места природной среды проявляют потенциалы мощности двигательных и тепловых моментов. При естественных движениях мощности местных действий устремляют одни тела вверх, другие вниз или в стороны; направления — части и виды проявлений стабилизирующих и размещающих действий мест природной среды.

Значит, все места природной среды материальны и все воспринимаемые чувствами тела погружены в них, стабилизируются и размещаются проявлениями мощности их действий. Это первейшее свойство структуры природной среды. Ведь то, без чего не может существовать ничто другое и что без другого существовать может, необходимо должно быть проявлением удивительного свойства первейшего.

Что до вымысла об абсолютной пустоте: в "абсолютной пустоте места" быть не может никаких направлений и проявлений потенциалов двигательной и тепловой мощности взаимодействий.

Абсолютной пустоты в природе нет ни в отдельности, ни "в возможности", — разве только пожелает кто-нибудь и во что бы то ни стало назвать пустоту причиной перемещений. Но перемещения не причины, а следствия проявлений потенциалов двигательной и тепловой мощности при взаимодействии сред с перемещающимися телами в их текущих изменениях и превращениях (Аристотель)

О местах "инерциальных систем отсчета"

Не углубляясь в философские аспекты бытия, заметим: вымыслы, не подтверждаемые чувствами и сенсорами физических приборов, недопустимы в качестве физических понятий. И этому критерию соответствуют "все места в абсолютном пространстве и времени Ньютона". В которых из принципа относительности сделано допущение об "инерциальной системе отсчета", находящейся в состоянии покоя. Затем, что "система", равномерно и прямолинейно перемещающаяся, тоже покоящаяся.

И если представлять, что покоящиеся тела занимают места в "абсолютном пространстве и времени", можно с равным правом оспаривать это, доказывая, что тела постоянно бездеятельно перемещаются. Безотносительные к чему бы то ни было перемещения в "абсолютном пространстве-времени", места, которые нельзя зафиксировать — вымыслы, по абсурду превосходящие абстракцию пространства до пустого ящика с материальными объектами (Макс Борн: Эйнштейновская теория относительности)

О месте апорий в вере

Лет за 500 до Рождества Христова Зенон Элейский основал учение, отрицающее возможности чувственных познаний: верить можно только разуму. А разуму непостижимы движения, пространства и множества: и по разумению Зенона мир неизменен и неподвижен. Учение состоит из апори́й (греч. ἀπορία безвыходное положение), вымышленных ирреальных ситуаций. В основе — ошибка малая: вымысел времени как неизмеримо малой величины, что и приводит апории к абсурду.

Так, в апории "летящей стрелы" Зенон утверждает о непостижимости движений: стрела на малый миг в точке траектории пребывает в состоянии покоя; и в следующей точке покоится на миг. То есть тела на траекториях перемещений не движутся, а покоятся в среде.

"Инерциальные математики" среду абстрагировали "к абсолютной пустоте пространства", все движения "к вектору скорости точки, лишенной геометрических размеров". В первом законе движения — "об инерции" — Ньютон утверждает принцип относительности Галилея: все тела пребывают в состоянии покоя или равномерного и прямолинейного движения, поскольку не принуждаются приложенными силами изменить такое состояние. Апории Зенона и принцип относительности Галилея, законы инерциального движения Ньютона тождественны.

Закон "об инерции движений" — первый безумный закон в истории науки: никто никогда не видел бездеятельных движений. До Галилея физическую работу представляли пропорциональной времени проявлений потенциалов двигательной и тепловой мощности моментов. И это правильный закон, но очень не универсальный: при возрастании скоростей перемещений противодействия сред возрастают, мощности проявлений двигательных и тепловых сопротивлений непропорционально увеличиваются. Но как же в "моделях бездеятельных движений" смогли отказаться от сути природных явлений и пути все более тонких экспериментов? (Марк Азбель: Закон инерции, гелиоцентрическая система и развитие науки)


В отличие от пропаганды гипнотически внушенные состояния именуют французским словом рапорт — "связь, сообщение". Но и среди специалистов мало кто понимает, что рапорты постоянно действуют между родителем и ребенком, и между подростками, объединяющимися в стаи с вожаками, и между артистами и зрителями в зале. При повседневных сообщениях исподволь действуют внушения "веры".

Вера добрая или злая — физиологической разницы нет. Фанатики "веры" ораторы, в выучке не нуждающиеся: невроз самовыражения самый злой. Примыкают к рядам фанатов какого угодно профиля или психопатируются и спиваются, зачастую все, вместе взятое. Возможны страшные депрессии с роковым финалом, но выход в просветление возможен (Владимир Леви)

Абстракции устраняют реалистичность мышления, восприятие объективных фактов бессознательное. Смертельно опасные возмущения балансов природной среды относят к "достижениям", не осознавая причинных свойств, принимая за них только следствия, проявления эффектов в изуверских опытах. "Инерциальный" этап общественного научно-технического и культурного развития создает чрезвычайные ситуации.

О кризисе физики

В области физики математики создали "экран абстракций" между действительностью и тем, как они понимают символы о действительности. И желают быть объективными, когда берутся за физику, но привычки "берут свое". Вплоть до энергетических разделов — одни абстракции вместо объективных фактов. Обходные пути "при познании природы" слишком деланны, сочинены (idée fixe); оставляют чувство неловкости, обрывают понятийные связи с естествознанием.

Кризис физики — в профанации естествознания инерциально-математическими абстракциями.

Концептуальные, чисто логические элементы составляют у математиков единственный материал их работы. Но, стесненные свойствами явлений, мало поддающимся символьным определениям, они не смогли не стремиться представить их нематериально или вовсе игнорировать элементы объективные, которые исчезли совершенно. "Инерциально-математические теории природы" — дифференциальные уравнения безопор­ных бездеятельных "движений точечных масс в пространстве геометрических координат".

Если математики не окажутся одураченными конструктивной ра­ботой своего ума, то сумеют найти связь с действительностью. Но пока абстрагирование свойств остается у них главным способом произвола допущений в ирреальных физико-математических моделях (Абель Рей: Теория физики у современных физиков)