Меморандум о естествознании

Естествознание

Естествознание (лат. naturalis historiae) — область накопленных знаний о причинных свойствах природной среды. За минувший век разработаны и новые инерциальные физико-математические модели. В пропаганде твердят: если брать их разделы как единое целое совокупности естественных наук, то они составляют фундамент наук. Но смешение их с понятиями естествознания неправомерно, по логике недопустимо: "взятые за целое" инерциальные физико-математические разделы от естествознания кардинально отличны.

Эти разделы представляют собой вариации нелепых абстракций о скоростях безопорных бездеятельных движений точек в пустоте геометрических координат, которые исчисляют в новом математическом аппарате бесконечно малых: "большинство ошибок в философии и логике происходят от того, что человеческий разум склонен символы принимать за нечто реальное" (Эйнштейн)

В данном меморандуме (лат. memorandum — буквально: то, о чем следует помнить) поставлен вопрос о возрождении естествознания в общественном сознании. Аналитический обзор представлений о причинных свойствах явлений направлен на выявление, какие из накопленных знаний объективно их отражают, а какие недопустимо искажают и опасны для сущего: в этом и есть путь познания.

Меморандум о необходимости возрождения естествознания в общественном сознании яснее всего поясняют слова Паскаля: "человек, решивший исследовать, на чем зиждется закон, увидит, как непрочен, неустойчив его фундамент и, если непривычен к зрелищу сумасбродств, рожденных людским воображением, будет долго удивляться, почему за какое-то столетие к этому закону стали относиться так почтительно и благоговейно". Поэтому нами в историческом аспекте рассмотрены научные положения, проведен анализ недостоверных вымыслов и заблуждений, обоснованы возможности целесообразных изменений в области науки и образования.

О сути естествознания

У тел есть поверхности, длины и точки. Изучают их и математики. Но если рассуждать только о шаровидности Земли или Космоса, а о причинных свойствах их проявлений рассуждать не надо, то это нелепо. Математики этим пренебрегают, допуская, что ошибок в расчетах это не порождает.

Сами того не замечая, то же делают и рассуждающие об идеях: они отделяют природные свойства, которые в меньшей степени поддаются определению, чем математические. Сказанное станет ясным, если попытаться определить и то и другое, то есть сами предметы и присущие им свойства. Так, нечетное и четное, прямое и кривое, далее, число, линия и фигура будут и без движения: мышцы и кровь человека — ни в коем случае. Это подобно тому, как нос называют вздернутым, а не криволинейным.

По сути, математические науки естествознанию противоположны. Математики изучают геометрические абстракции. В астрономии или в оптике естествоиспытатели явления рассматривают не как геометрические фигуры, а в качестве проявлений причинных свойств природной среды. И вздернутость носа на том же основании не следует рассматривать, исходя из одних только проявлений его материи и криволинейности.

В природе — начала всех изменений и превращений. И в естествознании прежде всего надлежит изучать, ради чего они происходят в структурах природной среды, где все проявления действий и элементы материй и форм — лишь следствия причинных свойств и целей (Аристотель)

О вымыслах природных явлений

Научные методы познания основаны на моделировании (от лат. modulus мера, мерило, образец, норма): но в натуральных моделях — на физических аналогах, а в символьных — на абстракциях, в которых часто пренебрегают геометрическими и математическими аксиомами и допускают абсурдные вымыслы о несуществующих в природе явлениях.

Характерный пример — закон вращения точки: если бы вектор скорости v не изменял направления, точка двигалась бы из положения А прямолинейно. Из точки B в точки C и D проведены векторы скорости v в точках А и В, а их концы соединены вектором скорости ω, изменяющим их направление (?). В треугольнике BCD основание ω и стороны v, а углы φ при вершине векторов и радиусов окружности дуги AB равны. Треугольники ОАВ и BCD равнобедренны и подобны, справедлива пропорция CD/BC=АВ/ОА, где CD=ω, а BC=v. Отрезок ОА равен радиусу r, отрезок AB — длине дуги AB (здесь ошибкой малой пренебрегаем при промежутке времени t ничтожно малом). ω/v=AB/r, а ω=AB×v/r: поделив на t, AB/t=v, а ω/t=а: а=v2/r — центростремительное ускорение точки равно квадрату линейной скорости, деленному на радиус вращения.

Вымыслы представляют некоего рода геометрией движения точки в плоскости xt или "пространстве" геометрических координат. Но стремление вектора скорости v точки на окружности к центру рычажной опоры O геометрическими методами доказать невозможно: у дуги АВ и отрезка АВ нет общего предела. Сблизить их можно по расстоянию, но не по направлению: отрезок АВ прямолинеен, а дуга AB, как бы ни были мелки ее круговые звенья, всегда колеблется между параллельным и перпендикулярным направлениями (Яков Дубнов: Ошибки в геометрических доказательствах)

Понятия мощности рычажных моментов сведены к абстракции бездействия вектора скорости v точки за промежуток времени t ничтожно малый, подразумеваемый равным нулю. Это противоречит и здравому смыслу, и математической аксиоме о недопустимости нуля в знаменателе дроби. Из модели вращения вектора скорости точки v=(2×π×r)/Т, где Т — период вращения, Ньютон, нарушая геометрические и математические аксиомы, вымыслил фикции действий гравитационной постоянной G=1/(4×π2) и бездеятельных безопорных действий векторов сил точечных масс в пустоте пространства, неправомерно приписав вымыслу центростремительных ускорений размерность мощности рычажных моментов [кг×м/c2].


Произвольные допущения характерны в понятийной сути инерциальных физико-математических абстракций. Природные взаимодействия проявляют потенциалы текущей мощности и направленности двигательных и тепловых рычажных моментов: вращения ведра с водой над головой, верчения его на закрученной веревке в опытах Ньютона этот факт не опровергают. Но рассуждающие об идеях отделяют природные свойства, рычажные плечи r, центры опор O абстрагируют к безопорным полетам вектора точечной силы за период t, равный нулю: и математики до сих пор абсурдно допускают, что ошибок в расчетах природных процессов это не порождает.

Произвольные допущения — основа заблуждений. На самом деле инерциальная физико-математическая доктрина, нелепые вымыслы о вращениях планет вокруг Солнца и электронов вокруг протонов — фикции, рожденные людским воображением. Естествознание ими вытеснено из процедур и методов получения знаний. Агрессивно пропагандируют, внушают со школьной скамьи и в сознание, и в само подсознание, будто классические и квантовые постулаты фундамент науки.

Почему за какое-то столетие к этим фикциям стали относиться так почтительно и благоговейно?

"Кто докапывается до корней обычая, тот его уничтожает" (Паскаль)

Про ошибку малую

Вымысел ускорения геометрической точки к центру рычажной опоры от вектора скорости на окружности — основа инерциальных физико-математических разделов: появились они буквально в одно минувшее столетие, за три-четыре поколения, по недопустимой в естествознании причине произвольных вымыслов и допущений. Их предлагают не раздумывая брать как целое новой, инерциальной, чисто математической, псевдо-физической, гипотетической теории о разных символьных моделях взамен единства естествознания.

В "целом" физико-математических разделов — ошибка малая: произвольное допущение о времени t как о ничтожно малой величине. Но не время ничтожно, абсурдны вымыслы о бездействии. Пример: принцип относительности Галилея, где в инерциальных системах отсчета процессы текут одинаково независимо от того, неподвижны или бездеятельно перемещаются в пустоте пространства; а фундаментальное значение в совершенно новом осознании понятия времени в единстве с пространством геометрических координат (Макс Борн: Эйнштейновская теория относительности)

Новые авторы заложили фундамент основ современной небесной, классической и квантовой механики. Но ничто не ново под луною: ошибка малая — как фундамент основ сумасбродных вымыслов — известна по апориям учения Зенона. Все реальные статические и динамические процессы основаны на стабилизирующих и уравновешивающих взаимодействиях с рычажными элементами природной среды, проявляют местные потенциалы мощности тепловых и двигательных моментов. Но теперь принято считать: причинными свойствами явлений можно пренебрегать, в построениях абстрактных физико-математических символьных моделей "гипотетически допускать" произвольные, недопустимо опасные допущения.

В наступившей эпохе нелепых "инерциальных" научных, технических, культурных заблуждений, опасных ошибок в развитии постановка вопроса о возрождении естествознания в общественном сознании у одурманенных пропагандой людей вызывает недоумение: как же так, разве в школе нас не этому учили? Профессионально пользующиеся абстракциями "математических разделов целого" его боятся и, как будто шутя, оставляют тем, кто склонен к точным доказательствам; если те не отстают, гробовое молчание в ответ тоже мощный аргумент. Конкретику обсуждений постулатов классических и квантовых на основе объективных фактов стремятся свести к нулевым результатам, к глумлению над теми, кто умней Ньютона; а "разделы целого" пропагандируют как вершину научно-математического мышления о теории природы. Но вопрос о возрождении естествознания в общественном сознании актуален, насущен для всех; ведь не осознавая причинных свойств природных явлений, слепо веря в сумасбродные вымыслы, рожденные людским воображением, быть или не быть в природной среде?