Естествознание

Допущения

Первую, в современном понимании, теорию — с изложением способов и устройств для прогнозирования угловых координат планет на небесной сфере — Клавдий Птолемей опубликовал в работе "Великое математическое построение астрономии в XIII книгах" ("Альмагест")

Визуальные образы планет на небесной сфере совершают сложение двух гармонических колебаний: суточных с неизменными образами созвездий и годовых относительно небесного экватора. Угловые отклонения планет происходят по большому кругу небесной сферы, который отклоняется от большого круга небесного экватора до ≈23°. При этом образы планет то опережают образы созвездий, то отстают от них.

В натуральной модели Птолемея их сферические проекции задают угловыми координатами точек поворотных окружностей — эпициклов. Центры эпициклов равномерно перемещают по кругам деферентов, центры которых в экванте — точке выравнивания. Отношения эпициклов и деферентов Меркурия, Венеры, Марса, Юпитера и Сатурна 0,376, 0,720, 0,658, 0,192 и 0,103.

"Альмагест" вульгарно трактуют теорией мироздания с обращениями Солнца вокруг Земного шара. Но основа теории — сферическая геометрия, по которой определяют угловые координаты визуальных образов светил на небесной сфере. Допущений о космических далях и реальных перемещениях нет. По сути, модель Птолемея — прообраз современных планетариев, где техническими средствами достигнута поразительная иллюзорная идентичность проекций на сферическом куполе как с дневными, так и с ночными небесными явлениями.

О произвольных допущениях

Существуют люди, которые допускают, будто небо неподвижно, а Земной шар совершает за сутки одно обращение вокруг оси мира; или что небо и Земной шар обращаются вокруг оси в неизменном положении.

Эти люди не осознают всю абсурдность таких произвольных допущений.

Ведь тогда легкие тела должны не двигаться или двигаться не быстрее тяжелых, а тяжелые непрерывно перемещаться, когда в реальности их с трудом передвигают рычагами.

Допускают, что и воздух совершает с Землею вращение с той же скоростью. Но тогда находящиеся в воздухе тела должны отставать от их быстрого вращения. А если бы тела вращались с воздухом как одно целое, ни одно из них не опережало бы другое и оставалось бы на месте, а в полете не отклонялось бы в стороны. У тел вообще бы не было относительных перемещений (Птолемей: Альмагест)

О допущениях вращений

Допущения новые авторы стали вводить на свой собственный лад или вовсе пренебрегать ими. Так, Кеплер доказательства Архимеда называл совершенными во всех отношениях и "оставлял их тем, кто склонен к точным доказательствам". Переворот астрономии на основе допущений об  "инерции движений" придавал смелости людям новой науки. А нестрогость их допущений объяснима стремлением быстро получать результаты, чего при греческом методе нельзя было добиться (Дирк Стройк: Краткий очерк истории математики)

Коперника "убеждали: страх не должен удерживать от издания книги на пользу математиков. Чем нелепее кажется мое учение о вращении Земного шара в настоящую минуту, тем сильнее будет удивление и благодарность, когда все увидят, как нелепости устраняются яснейшими обстоятельствами. Сдавшись на увещания, я позволил друзьям приступить к ее изданию". "Об обращении небесных сфер", 1543:

"Мы изложим теперь вращения, как они, принятые за гипотезу, объясняют видимые явления. Допустим, что Земля имеет три вращения: первое соответствует дню и ночи обращения Земного шара вокруг оси в направлении с запада на восток, от чего мир как бы движется в обратном направлении по экваториальному кругу, который некоторые называют равноденственным.

Второе — годовое вращение центра, который описывает вокруг Солнца зодиакальный круг с запада на восток в направлении последовательности знаков между Венерой и Марсом, которые прилегают к нему. Это заставляет и Солнце казаться нам проходящим зодиак подобным же вращением так, что если, например, центр Земли проходит через Козерог, то Солнце кажется проходящим через Рак, из Водолея оно кажется находящимся во Льве, и так далее. В этом кругу, расположенном по средней линии знаков зодиака, равноденственный круг и ось Земного шара периодически меняют наклонение. Если бы они были неизменными и следовали вращению центра, то не было бы неравенства дней и ночей, всегда было бы солнцестояние, кратчайший день или равноденствие, или лето, или зима, то есть одно и то же время года.

Третье — деклинационное движение с годовым обращением против последовательности знаков, то есть противоположно вращению центра. Оба эти почти равные противоположные вращения вместе делают то, что ось Земли и экваториальный круг смотрят приблизительно в одну и ту же часть мира, как будто оставаясь неподвижными. Солнце представляется движущимся по зодиакальному кругу совершенно так же, как если бы центр Земли был бы центром мира, если только вспомнить, что расстояние между Солнцем и Землей на сфере неподвижных звезд уже ускользает от нашего зрения".

О сути переворота астрономии

Говорят, переворот астрономии устранил неточности теории Птолемея. Это не соответствует фактам. Произвол допущений Коперника не отображает небесные явления лучше. Координаты точек среднего пути образов планет на небесной сфере по модели Птолемея задают с высокой точностью. А созвездия неизменны в расположениях и проблемы угловых отклонений от небесного экватора не составляли.

Но как могли допустить систему мироздания Коперника? Какой мировоззренческий смысл она несла с собой? Аристарх Самосский гелиоцентрическую систему вымыслил в античности, и Коперник на него ссылался. По Аристотелю, если бы Земля перемещалась, то земным наблюдателям все светила на небосводе казались бы движущимися. Довод Аристотеля "абстрагировали" еще три века после смерти Коперника.

Тогда почему говорят о перевороте астрономии именно Коперника, а не Аристарха?

Произвольность допущений беспричинных и бездеятельных движений попала в совершенно новую культурную среду. На такой основе математики свели реальность процессов к абстракциям о "бездеятельности движений" и такими моделями ознаменовали профанацию естествознания. В этом суть переворота астрономии, а вовсе не в открытии Коперником новой системы мироздания (Владимир Купцов: Природа научного открытия)